Войти:
Свобода в служении!
На главную Блог О группе Дискография Видео Фото Магазин Библиотека Форум Фан-клуб Ссылки
Пока ничего не известно. Мы сами не знаем, когда следующий концерт, честно.

Глава 7

Из подзаголовка которой благосклонный читатель с облегчением узнает, что глава эта в нашем повествовании последняя, и что больше над ним в этот раз издеваться не будут.

Заря Оргии.

Альбом «Nigredo» вышел летом 1994 года, и обрадованный автор принялся за «промоушн». Раздаривая направо и налево свежеиспеченный шедевр, Калугин добился странного эффекта, который сложно назвать бурной реакцией. Недоуменным молчанием его назвать проще. Ни в одно из существовавших на тот момент российских музыкальных течений альбом не вписывался. Да и во всем мире Дарк-фолк, как вскоре окрестят новое направление, еще только начинал проявляться. Таким образом, Калугин реально оказался одним из родоначальников жанра. Как сказал маститый рок-критик, прослушавший альбом, «нашему времени подобная ювелирная работа не нужна».

Но так реагировали именно музыкальные критики, а вот в среде философов, мистиков, поэтов, каббалистов, масонов и неофашистов альбом произвел фурор. «В России начался алхимический рок» – писал о «Нигредо» один из гуру зарождавшегося русского традиционализма, Вадим Штепа. Музыкальные критики – тоже люди и тоже читают, и вовсе не только о музыке. Ознакомившись с многомудрыми исследованиями калугинского альбома в элитных философских ревю, критики радостно обнаружили предмет обсуждения в собственных коллекциях дисков, в разделе «всякая хрень». Трепетно перенеся подаренные им в свое время автором экземпляры «Нигредо» на более почетные места, поближе к «Пинк Флойду», критики успокоились. Если раньше писать рецензии им было западло, потому что мало ли говна на свете, то теперь стало неловко, потому что вроде как классика. Таким образом, Калугин всетаинственнейше превратился из никому не нужных пионеров в общепризнанного «папика», но заметили это только сами музыкальные критики да еще счастливцы, никогда не читавшие музыкальных журналов и предпочитая им «Вестник оккультной теократии» или, по крайней мере, газету «Штурмовик».

Публика же, в которой все сильнее начинали проявляться «толкиенутые» тенденции, оказалась много более «продвинутой», нежели профессионалы от критики, и честно забила залы. Охотнее всего пипл перся, когда Калугин просто пел под гитару – народ уловлял в этом «душевность», взлелеянную в массовом сознании КСПшниками. В гробу видавший всякую душевность Калугин, как мог, сопротивлялся. Главным бастионом сопротивления ненавистной «душевности» была его группа «Дикая Охота».

Ярослав Федоров наконец купил бас и закладывал на нем недеццкие виражи. Настя Гронская освоила-таки синтезатор и извлекала из него чревовещательные тембры. Плюс к группе присоединился «живой» барабанщик, Юра Коняев, грохотавший от души. Сам Сергей по-прежнему играл на акустике, изредка беря в руки электрогитару. Вкупе с общим неумением играть рок это давало тот эффект, что реву было много, а слов – не разобрать. «Душевность» сильно страдала, что и требовалось доказать.

Надо сказать, что «Охота» была группой крайне инертной и держалась только на энтузиазме самого Сергея. Когда же Коняев уехал по контракту работать в Арабские Эмираты, а Настя с Ярославом затеяли между собой семейную жизнь, стало ясно, что группе – конец.

Дэн и С.КалугинК этому моменту Калугину порядком осточертел имидж оккультного гуру, и в знак протеста он понаписал кучу простецко-веселых песенок на три аккорда, матерщинных куплетов и рок-н-роллов и стал выступать в паре с харпистом (харп – это губная гармошка) Дэном, радуя «акустических рокеров». Последствия этого периода позже сказались и в «Оргии»: в каждом альбоме «Праведников» обязательно присутствуют шуточные номера. Кстати, именно в это время Калугин записал свой второй диск – «Несло». На диске вообще нет музыки: он стал итогом концерта, перед которым Сергей разбил руку и в результате, вместо того чтобы петь песни, весь концерт трепался со слушателями. Концерт записали и выпустили в свет.

Полюбившийся публике образ своего в доску тамбуринотряса Сергею тоже не был близок: Калугин хотел играть нормальный рок, а для этого нужна была группа. Расставшись с Дэном, Сергей стал искать музыкантов. Закончившиеся тихим пшиком эксперименты с «Вертоградом» Алексея Калябина (см.) относятся как раз к этому периоду.

Надо сказать, что Калугин давно и с параноидальным упорством пытался осуществить музыкальную идею, о принципиальной невозможности которой ему прожужжали уши все знакомые музыканты. Сергей был убежден, что возможно создать рок-саунд (а для Калугина «рок» и «тяжелый рок» всегда были синонимами), в котором органично будут сочетаться акустическая и электрогитара. Но коллеги только крутили пальцем у виска и предлагали научиться отделять мух от котлет – мол, или уж акустика, или тяжелый рок.

Сергей не унимался и помнится, еще в 94 году подговорил выступать дуэтом старого друга Сергея Томилина – того самого, что играл в «Дне Гнева» и позже участвовал в записи «Нигредо». Ребята порепетировали и принялись концертировать. Томилин жужжал на «Фендере», а Калугин поливал на акустике. Получалось омерзительно. Кончилось тем, что Томилин предал завиральные калугинские идеи анафеме, сказав, что «если бы такое было принципиально возможно, это давно бы сделали на Западе».

Эта последняя попытка Калугина сломала, и, когда после распада «Охоты» возникла нужда собирать новый проект, Сергей о своей мечте даже не вспомнил. Он надумал учинить если не полноценную рок-группу то, по крайней мере, серьезный акустический состав. Начать решил с флейтиста, ибо в паре с флейтистом уже можно играть концерты, а там, глядишь, и остальные подтянутся. Ну, там перкуссия с басом и, типа, пара волынок с колесной лирой. Кельтов на горизонте все еще не было видно, и оригинальность такому составу была обеспечена.

Наведя справки, Сергей выяснил, что наилучшим флейтистом столицы считается некий Юрий Русланов, игравший в малоизвестной, но, по отзывам, чертовски талантливой группе «АRтель».

– Ну что ж, «АRтель», прощайся с флейтистом! – цинично усмехнулся Калугин, набирая номер. В успехе он не сомневался.

Юра и правда, повелся. В другое время он бы легко нашел в себе силы дать Калугину от ворот поворот, но на тот момент дела в «АRтели» обстояли из рук вон хреново. Страус, как мы знаем, группу покинул, Сашка вот-вот должен был отбыть на родину Данте, а на базе сидел злобный Алексей Николаевич и курил бамбук. Тема, с отсутствующей улыбкой, мигрировал по периметру. «АRтель», короче, дышала на ладан.

Калугин же в течение разговора вдруг ощутил такую тоску от перспективы вновь мучительно собирать музыкантов, проходить длительный процесс притирки, хлопотать и дергаться, что неожиданно сам для себя спросил: «Слушай, а может, твоя группа захочет со мной поиграть?». Идея была проста, как все гениальное. Зачем искать, мучиться и притираться, если можно взять целую группу, в которой все эти процессы давно закончены, и с ходу начать работать? Причем, группа эта, как говорят, реально талантливая, но молодая, значит с понтами все будет чики-чики. С чего малышам понтить? Понтить будет Мистер Суперзвезда. И денег этим пионерам много платить не придется. ЛАФА!

Юра жопой почуял недоброе. Ежели Калугин припрется в «АRтель», то маза такова, что этот гад утянет одеяло на себя и на безусловном лидерстве Русланова в проекте можно будет ставить крест. Юра решил смолчать. А самому поиграть вместе с суперстаром, – вреда-то не будет, тем более, что был праткически уверен в том, что ребятам не понравятся эти пафосные гитарные заумства. Ответив в том смысле, что, мол, конечно, я с ребятами поговорю, а с тобой мы по-любому что-нибудь замутим, Юра свернул тему.

Но, явившись в «АRтель» Юра, подобно Валааму, желая проклясть – благословил. Не смог Юрка не похвастаться фактом разговора, и вскользь упомянул про то, что «Калугин ищет группу», а чуткий Алексей Николаевич уловив недоговоренное, уцепил Юрку за жабры и вытянул все подробности. Мягкий Юра выложил все – и про калугинское предложение «АRтели» тоже.

Леха крепко задумался.

– Сколько, говоришь, на него народу ходит? – спросил он у Юры.

– ЦДХ набивает – ответил печальный Юрпон, осознавая недалекие последствия.

– Короче, зови этого пидора. – выдал Леха краткое резюме. – Мы на нем конкретно приподняться можем. Точно говорю.

Лехина интуиция как всегда не подвела.

Много лет спустя Леха задал Калугину вопрос, на который тот, поникнув главой, вынужден был ответить утвердительно. Вопрос был следующий:

– Слушай, Серег, а не ты ли был тот гандон, что незадолго перед тем, как мы с тобой стали мутить, так занудно, в белой рубашечке, пел у Диброва в «Антропологии»?

Леха – большой ценитель Цоя и Металлики. И вообще гений. Но в оккультных гуру он в то время не смыслил ни фига. И газету «Штурмовик» не читал. Поэтому его восприятие Калугина было чистым, как первый ноябрьский снег. И если в программе Диброва (после которой, кстати, любители «душевности» чуть не разнесли ЦДХ, устроив дикий переаншлаг и нарвавшись, к своему ужасу, на «Дикую Охоту») Калугин Лехе ничуть не глянулся, то в реале Леху всерьез торкнуло. Леха понял главное: материал – зашибись, работать с ним можно и нужно. Леха также понял, что на этом материале группа может жить и развиваться очень долго. И что человек реально владеет акустикой («Секи, восьмыми всю дорогу шпарит» – шепнул Лехе Тема). А мы помним, что «АRтель» ставила именно на сочетание арпеджио акустики с тяжелым звуком. Причем в звуках калугинской гитары Леха расслышал нечто до боли родное…

– А ты никогда тяжелый рок не играл? – спросил он у Калугина.

– Не только играл, я вообще фанат этого дела, – ответил опешивший Сергей, которому аттестовали «АRтель» как «изощренный акустический состав». Аттестовавший, видимо, бывал лишь на тех концертах группы, когда она играла БЕЗ УДАРНЫХ в отсутствие барабанщика.

Артельщики переглянулись.

– У тебя в основе чуть ли не всех партий лежит «Айрон Мэйденовский» «Тыгдымский Конь» (так музыканты дразнят характернейший для «Новой Волны Английского Металла» гитарный рифф, прим. авт.) – сказал Леха.

– Чего?

– Сейчас мы тебе наиграем приблизительно то, что ты имел в виду, когда все это придумывал – продолжал Алексей Николаевич.

АRтельцы пошушукались и грянули. Еще не уехавший на родину Данте Сашка колотил в две бочки, Леха жужжал, Тема бухал, Юра свиристел. Это были Армагеддон и сбыча мечт. Калугин чуть не прослезился. Детская неосуществимая греза была рядом, ее можно было потрогать.

Но много сложнее было ее сыграть. На первых же репетициях стало ясно, что Калугин, воспитывавшийся отнюдь не на эстрадном отделении музыкального училища, а вовсе даже на классическом, с его романсами и бесконечными «ад либитум», способен в течение композиции убежать вперед на пару тактов и этого не заметить. Это было, так сказать, сложно.

Еще сложнее было убедить Сергея, что группа вовсе не глумится над его творениями, вводя в них обширный инструментарий и усложняя фактуру. В первые годы Сергей воспринимал все нестандартные аранжировочные решения в штыки, отчего в группе прочно утвердилось выражение «баранить» (Сергей по гороскопу Овен или, как в отчаянии сказанул наиболее часто страдавший от калугинской твердолобости Алексей Николаевич, «Овно»).

Что говорить об инструментах! Как сейчас стало ясно, из тех дров, которые наивные оргийцы поначалу считали инструментами, никаких внятных звуков нельзя было извлечь В ПРИНЦИПЕ. Что уж говорить о каких-либо особо изысканных, ранее не встречавшихся сочетаниях тембров! Поразительно, что не слыша себя и друг друга, ребята смогли придумать материал, который, будучи записан, смог прозвучать.

Вообще, трудностей было много. Было долгое перерастание временного проекта – кооперации группы и рок-барда в подлинный союз равноправных художников. Были скандалы, непонимания, потасовки. Были борьба амбиций, игра в пустых залах, безденежье и безнадега. Были скитания в поисках новых баз для репетиций (сколько же группа их сменила! Поскольку на каждую необходимо было ставить железную дверь, Калугин в конце-концов предложил завязать с музыкой и организовать фирму по их установке).

Было неверие публики, вполне оправданное, между прочим. Как недавно выразился Леха: «Если бы мы на первом концерте вышли и грянули, как «Рамштайн», ни у кого не возникло бы непонимания. А мы вместо этого вышли и пернули, как стадо придурков. Неудивительно, что все разбежались. Никто не обязан был в этом хаосе расслышать наши действительно интересные композиторские и духовные находки. Много удивительнее то, что все-таки нашлись люди, их расслышавшие». О некоторых «расслышавших» хотелось бы сказать отдельно.

Много сил потратил на то, чтобы наш первый альбом оказался цельным и внятным произведением, звукооператор Илья Ескевич. «АRтель» познакомилась с ним еще в те времена, когда ребята пробовали делать свои первые записи. Позже, записав пробный сингл «Оргии», Илья настолько проникся материалом, что стал штатным звукорежиссером группы. Несколько лет он работал вместе с «Оргией» и, в конце концов, на студии «Рок-Академия» записал первый альбом «О.П.» – «Оглашенные, изыдите!» Титанический труд Ильи по работе над этим альбомом когда-нибудь удостоится отдельной летописи.

Как удостоится летописи и трехлетняя работа группы над альбомом «Двери! Двери!», на той же студии, но уже с другим оператором, Эвелиной Шмелевой. В процессе работы Эля буквально разобрала группу на винтики и, работая по отдельности с каждым исполнителем, добилась радикальных изменений в отношении музыкантов к звуку, исполнению, инструментам. В двух словах: имея на входе полубезумную орду пионеров с поварешками в руках вместо гитар, Эвелина на выходе получила профессиональный коллектив. Чудо этого преображения – итог кропотливейшего Элькиного труда.

Много лет группу поддерживает замечательный художник Дмитрий Воронцов и его виртуальный проект «Метакультура». Дима создал наш сайт и инициировал множество связанных с группой проектов, самым известным из которых стало сотрудничество группы с клубами археологической реконструкции.

Всяческую помощь постоянно оказывает музыкант и поэт Алексей Тихомиров (Яковенко), на домашней студии которого проходили первые попытки «Оргии» по записи своего материала.

Словами признательности к этим людям, к тем, кто был рядом с нами все эти трудные годы, верил в нас, помогал нам в работе, и хотелось бы закончить это повествование. Аминь.

decanter.ru/don-julio

Радио